Интересные факты, события, истории!
|
ЛЕРМОНТОВ М.Ю СУХОВО-КОБЫЛИН А.В. МЕЛЬНИКОВ-ПЕЧЕРСКИЙ П.И. НЕКРАСОВ Н.А ПИСЕМСКИЙ А.Ф САЛТЫКОВ-ЩЕДРИН М.Е. ЧЕРНЫШЕВСКИЙ Н.Г. КОРОЛЕНКО В.Г. УСПЕНСКИЙ Г.И. ГИЛЯРОВСКИЙ В.А. СЕРАФИМОВИЧ А.С. ВЕРЕСАЕВ В.В. БРЮССОВ В.Я ТЕЛЕШОВ Н.Д ПЛЕЩЕЕВ А.Н. АНДРЕЕВ Л.Н. ЭТО ИНТЕРЕСНО |
СУХОВО-КОБЫЛИН АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВИЧ (1817 - 1903)
А.В. Сухово-Кобылин Александр Васильевич Сухово-Кобылин — талантливый драматург середины XIX века. Все важнейшие события его жизни связаны с Москвой. Запись в его автобиографических заметках гласит: «...Родился в 1817 году 17 сентября в московском доме Сухово-Кобылиных, состоящем в приходе Харитония в Огородниках». Вековые липы сада, отделяющего от улицы старинный дом, числящийся ныне под № 17 по Большому Харитоньевскому переулку, почти скрывают его. Построенный еще в конце XVII века, он уцелел во время пожара Москвы в 1812 году. Когда через четыре года происходивший из древнего дворянского рода подполковник Василий Александрович Сухово-Кобылин купил дом, старые хоромы уже имели вид барского особняка. Анфиладой тянулись приемная, зал, большая и малая гостиные и личные покои хозяев дома. Внизу в сводчатом цокольном этаже размещались кухня, кладовые и ютилась дворня. В низких антресолях жили дети с няньками, гувернантками и учителями. Вместе со своей старшей сестрой Елизаветой будущий драматург занимается у лучших преподавателей Московского университета. Истории российской их обучает Ф. Л. Морошкин, литературе — поэт-переводчик С. Е. Раич, физике — М. А. Максимович. Для преподавания эстетики к детям Сухово-Кобылиных был приглашен молодой профессор Н. И. Надеждин. С 1831 года Морошкин водит своего воспитанника на отдельные лекции в университет. А через год пятнадцатилетний Александр с увлечением изучает химию. Очень рано способный подросток начинает вести дневник. Исписанная полудетским почерком тетрадь, дошедшая до нас, озаглавлена: «Журнал идей, мыслей, желаний, намерений и замечаний. 1831 —1832 годы». Здесь среди переводов, выписок и геометрических задач внушительный перечень научных дисциплин с примечанием Морошкина: «До вступления в университет, Александр, ты должен знать...» Зима 1833—1834 годов посвящена усиленной подготовке к поступлению в университет. Теперь юноша занимается и латынью, для чего регулярно ездит на Спиридоньевку к преподавателю Кубареву. , Занятия не мешают Александру принимать участие в развлечениях семьи. Взрослые и дети катаются на тройках, ставят домашние спектакли; большим успехом пользуется «игра в водевили», как пишет юноша в своем дневнике. Театром увлекается и его мать Мария Ивановна, еще молодая, очень живая и несколько экспансивная хозяйка дома. Из записей юного Сухово-Кобылина мы узнаем, что уже в 1833 году он занимается устройством своей комнаты, подбирает для нее картины, в саду вокруг московского дома разводит «свой собственный садик». Появившаяся в этом возрасте страсть к украшению своего жилища, а также любовь к природе и садоводству сохранятся у писателя на всю жизнь. По свидетельству историка М. П. Погодина, с 1828 года часто посещавшего семью Сухово-Кобылиных, салон Марии Ивановны в 20—30-х годах был таким же культурным центром, как дома Аксаковых и Киреевских. В гостиной старого дома по вечерам собираются гости, интересующиеся литературой и философскими вопросами. При этих вечерних беседах присутствуют и старшие дети — Елизавета и Александр. Не по годам развитого подростка удостаивают своей дружбой А. И. Герцен и И. П. Огарев, хотя они старше его на несколько лет. Он познакомился с ними на университетских лекциях, как сообщил следователю арестованный Огарев на допросе 20 мая 1834 года. В своей автобиографии, изданной в Париже в 1902 году, Сухово-Кобылин называет Герцена «другом детства». Его влиянию он обязан тем, что так рано начал изучать Гегеля. Под впечатлением поэзии Огарева юноша пишет стихи, к сожалению не дошедшие до нас. Как одно из важнейших событий 1832 года он заносит в свой дневник «последнее свидание с Огаревым у меня в комнате». Арест обоих его друзей летом 1834 года был большим ударом для молодого Сухово-Кобылина. Вступительный экзамен на физико-математическое отделение философского факультета в начале лета 1834 года был сдан блестяще. Новоиспеченный студент отправляется в имение отца Воскресенское, куда уже с весны переехали его родные. Осенью Сухово-Кобылины возвращаются в Москву. «1834—1835. 17 лет. 1-й курс. Переезд в Корсакрв дом. Надеждин живет у нас»,—записывает Александр в дневнике. Большой дом, принадлежавший в начале XIX века известной представительнице грибоедовской Москвы Марии Ивановне Римской-Корсаковой, после ее смерти в 1832 году перешел к ее сыну. Он и сдал его Сухово-Кобылиным, прожившим здесь две зимы. (На месте этого особняка, который москвичи называли «домом Фамусова», теперь возводятся новые корпуса издательства газеты «Известия».) Одаренный, работоспособный и целеустремленный Александр серьезно занимается в университете. Здесь бурлит общественная жизнь. Как большинство студентов, он увлекается немецкой философией. Сухово-Кобылин безусловно «западник», но он не входит ни в какие кружки, стараясь остаться в стороне от борьбы разных группировок. У него много приятелей, но нет настоящих друзей: свойственное ему высокомерие и крайняя властность, сложный, трудный характер не дают ему возможности сблизиться с товарищами. Он находится в приятельских отношениях с одним из наиболее ярких представителей славянофильства К. С. Аксаковым, но вскоре расходится и с ним. Несмотря на все его увлечение гегелевской философией, он, как писал С. Т. Аксаков, «напитан лютейшей аристократией». В семейной драме, разыгравшейся в стенах дома Корсаковой, когда открылся роман юной Елизаветы Васильевны и ее учителя Н. И. Надеждина, Сухово-Кобылин играл не менее активную роль, чем его мать. Для Марии Ивановны, которая, по словам Надеждина, «всегда имела притязания на новый образ мыслей, на европеизм», брак ее дочери с «поповичем, семинаристом», хотя и многообещающим профессором, был немыслим. Александр же в разговоре с товарищем по университету Константином Аксаковым прямо заявил: «Если бы у меня дочь вздумала выйти за неравного себе человека, я бы ее убил или заставил умереть взаперти». Отец, мягкий, инертный, безвольный человек, не пользовался авторитетом в семье, и обожаемый матерью сын очень рано начал играть главенствующую роль в семейных делах. В своих записях под 1834—1835 годом он отмечает: «Надеждин живет у нас»,— и затем -скупо: «Разрыв, он выезжает из нашего дома». Самоуверенного молодого человека нисколько не смущала необходимость после этого события сдавать экзамен Надеждину. Профессора же страшила такая перспектива. «... Я Должен буду увидеть Александра и экзаменовать его ... пытка!» — записывает он в своем дневнике. Зима 1835—1836 годов проходит в серьезных занятиях и веселых развлечениях. Весной мать, сестры и младший брат уезжают за границу. Отец и сын Сухово-Кобылины, прожив начало зимы 1836—1837 годов у родственников, возвращаются в свой заново отделанный внутри дом у «Харитония в Огородниках». Александра Васильевича увлекают занятия астрономией в университетской обсерватории; он отмечает, довольный: «Я вижу, как кошка». В своем кабинете он пишет «рассуждение на золотую медаль». Его сочинение на тему, предложенную студентам его отделения по закрытому конкурсу, «О равновесии гибкой линии с приложением к цепным мостам» было единственным, удостоенным золотой медали на заседании факультета 26 мая 1837 года. У Сухово-Кобылина часто собираются товарищи, ведутся оживленные разговоры о философии и литературе. Но молодые люди и веселятся, посещают балы, вечера, затевают остроумные, не всегда безобидные шутки. В старом доме иногда бывают и званые обеды. Осенью 1837 года дом в Огородниках был продан (до реконструкции, начатой в 1970 году, он в основном сохранял свой прежний облик). Последний год в университете Сухово-Кобылин живет, по-видимому, у родственников, местонахождение дома которых не удалось установить. Весной 1838 года после окончания университета Александр Васильевич «был ... представлен высшему начальству, которое признало за ним право избрать по желанию министерство для служения». Но молодого человека не прельщала чиновничья карьера. Он даже не задержался в Москве, чтобы отпраздновать с товарищами окончание университета. «Я не дождался акта и уехал за границу»,— записывает Александр Васильевич. После путешествия по Германии и Голландии он возвращается на родину вместе с Елизаветой Васильевной и ее мужем, титулованным ничтожеством, графом Анри Салиас де Турнемир, за которого Мария Ивановна выдала дочь в 1837 году. Дом графа Сухтелена в Большом Кисловском переулке, где осенью 1838 года Сухово-Кобылин и его сестра поселились вместе с отцом, до сих пор считался не сохранившимся. Но он существует и поныне под № 2а по улице Семашко (здесь сейчас находится интернат музыкальной школы при Московской консерватории). Двухэтажный особняк конца XVIII века с полуколоннами в центральной части, обработкой «рустом» стен первого этажа и изысканным лепным декором на главном фасаде дошел до нас в сильно искаженном виде: в 1884 году здание было надстроено, внутри и снаружи заново отделано. Архивные чертежи и записи Сухово-Кобылина дали возможность установить, что личные его покои в первом этаже, направо от холла (ранее бывшим проездом во двор), сохранились почти нетронутыми (здесь теперь размещается дирекция интерната). В двух смежных комнатах уцелели сомкнутые своды с распалубками, оконные и дверные проемы и даже угловой камин, закрашенный в конце XIX века. Апартаменты Елизаветы Васильевны и ее мужа находились на втором этаже. Постоянный посетитель салона молодой графини Александр Иванович Тургенев вспоминает об интересных вечерах в доме на Кисловке, где собирались ученые и литераторы. Здесь Сухово-Кобылин часто встречался и с профессором всеобщей истории Т. Н. Грановским. Зима 1838/39 года опять проходит в веселой светской суете. Молодой человек наслаждается своими успехами в обществе. Но одновременно он пишет и свою первую повесть, не дошедшую до нас. «Мое первое авторство»,— помечает он в дневнике, сообщая, что повесть очень понравилась приехавшей родственнице, которой он ее рассказал. С весны 1839 до осени 1842 года Сухово-Кобылин живет за границей. Он посещает Австрию, Италию, Германию, Голландию, Швейцарию и Францию. В 1843 году Суховр-Кобылин постоянно бывает в доме Засецкого на Рождественке (ныне это надстроенный двумя этажами дом № 8 по улице Жданова). Летом 1849 года Сухово-Кобылин купил построенный в 1828-1829 годах деревянный особнячок с двумя флигелями и службами во дворе на Сенной площади, недалеко от Страстного монастыря. Дом, существующая отделка фасадов которого относится к 1881 году, и каменный флигель сохранились до наших дней. (Ныне это дом № 9 по Страстному бульвару.) |
Вам что-то понравилось? Поделитесь с друзьями